Татьяна Соловьева, мастер народного художественного промысла и хранитель его традиций, рассказала, как абашевская игрушка связала их с мужем жизни и стала судьбой.

- Вы одна из хранительниц секретов изготовления абашевской игрушки. Что послужило толчком к тому, что вы связали жизнь с этим промыслом? 

Причина дела всей моей жизни — муж, Соловьев Евгений Валентинович, которого, увы, уже нет на этом свете, вечная ему память. Абашевская игрушка, можно сказать, скрепила нашу семью. Мы вместе с ним учились в Пензенском художественном училище на скульптурном отделении. Потом по распределению меня направили в Иркутск, а он попал на обучение к Тимофею Никитьевичу Зоткину — известному мастеру, члену Союза художников, который работал в Абашево. Он и гончар, и мастер народной игрушки. В Музее народного творчества, в частных коллекциях и музеях страны множество его работ.

Мой муж взял от него все основы, постиг секреты гончарного дела. Затем судьба снова свела нас вместе, и я тоже оказалась в Абашево, так что основу я тоже взяла от мастера Тимофея Никитьевича. Таким образом, всю свою жизнь мы с Женей лепили игрушки.

Когда мы приехали в Пензу, нам дали производственную мастерскую при Союзе художников. Регламент был следующим - каждый месяц мы лепили по пятьсот игрушек, сдавали на склад, получали зарплату. Где-то с 2000 года, с тех пор, как мы вступили в Союз художников, это стала творческая мастерская. Лепили на заказ, на выставки, на различные фестивали. Теперь, после кончины мужа, я в одиночку продолжаю это дело.

-Как возник промысел? В те годы не стоял вопрос об улучшении туристического потенциала и не было смыслаа налаживать сувенирное производство?

Промысел изначально не был производством сувениров. Это не просто, как сейчас считается, — подарочная игрушка. Каждый вылепленный персонаж что-то означал. К примеру, вот этот вид оленей дарили на свадьбу — чтобы скрепить семейные узы. Олень с древоподобным рогом - это символ мирового дерева, пришедший с языческих времен, помогал на охоте. У староверов эти «ярусы» на роге считались ступенями к Богу. Птицы - символ воды и воздуха, символ счастья.

Справка «Пенза — Взгляд»: Абашевская игрушка — русский художественный промысел, сформировавшийся в Спасском уезде, ныне Спасском районе Пензенской области. Производство игрушки возникло в XIX в. на базе местного гончарного промысла. В XIX—XX вв. Абашево было ведущим гончарным центром России. Игрушки из глины абашевских мастеров экспонировались в Москве, Лондоне, Париже. Они глубоко традиционны: из поколения в поколение повторяются образы домашних животных, птиц, оленей, всадников, барынь. Занималось этим 162 хозяйства.

Секреты лепки и обжига передавали в семьях из поколения в поколение, от отца к сыну. Обучать начинали с 8 лет. Таким образом образовались целые династии гончаров и дудочников. В старину изделия из глины в Абашеве обжигали в горнах — сооружениях округлой или овальной формы шириной 1,5 м и высотой 2 м, выложенных из огнеупорного кирпича. Мастер залезал в горн, а его жена подавала ему сверху кувшины и горшки. Сверху изделия закладывали «каланчиками» (осколками битой посуды). Обжигали глиняные изделия березовыми или дубовыми дровами. После окончания обжига традиционно пекли картошку.

По материалам Википедии.

- А какие принципиальные отличия у абашевской игрушки в технике исполнения, по сравнению с другими глиняными традиционными игрушечными промыслами?

- Их множество. К примеру, если лепили «барыню», то в дымковской или в филимоновской игрушке мастера лепили личико вручную, а в абашевской для этих целей существовала специальная формочка. Лицо, как говорят, отминали. Кстати, эти формочки передавались от мастера к мастеру из рук в руки. Нам они достались от Тимофея Никитьевича. Его нет с 1988 года. А я до сих пор ими пользуюсь.

В Абашево изначально был только гончарный промысел, игрушки не было. Начали ее лепить с маленьких свистулечек, чтобы чем-то занять детей. Развитие игрушкам дали ярмарки — люди приезжали и удивлялись — промысел гончарный есть, а игрушки нет. Кто ее создал и начал первым лепить, сложно сказать, но нам достался промысел уже с канонами, которые регламентируют скульптурные приемы и особенности росписи, вплоть до количества чешуек на том или ином виде игрушки. 

- Сейчас в Пензе очень популярна тема кентавров, автор нашумевшей скульптуры утверждает, что его детище продолжает на сурской земле традиции в том числе абашевских мастеров.

С кентаврами в абашевской традиции связана очень непростая история. Стоит, к примеру, на ярмарке мастер — продает свои игрушки, а мимо идет полицейский. И берет взятки с торгового люда. Мастера в ответ, и даже сам Тимофей Никитьевич такое делал - лепили козлов, баранов, а то и городовых со взяточкой под мышкой...

- Антикоррупционная игрушка? То есть, такой художественный протест, оппозиция? Такое в те времена легко сходило с рук?

Мастера, если городовой находил, за подобное могли наказать. Но мастера продолжали делать кентавров с лицами городового или мордами животных, у которых руки в боки, а под мышкой взятка. Сейчас эта сатирическая составляющая ушла, и, к примеру, я леплю вот таких кентавров с мордами животных — символов года. Это бык. Опять же, изображая животных, я строго следую традициям абашевской игрушки.

- Сейчас вы передаете свои опыт и знания? Есть ли те, кто сможет сохранить абашевскую игрушку для будущих поколений?

Я преподавала абашескую игрушку в пензенском колледже 13 лет. Ученики есть. Есть и те, кто преподает, но, увы, в пензенских школах мало условий для этого. Ведь нужна гончарная печь и отдельная мастерская. Это не просто в классе полепить. Но, если ко мне приходят желающие, я делюсь всеми знаниями, какими могу.

- То есть традиция, промысел продолжает жить?

- Есть мастера, есть разные школы, не только зоткинская. Мастеров много было, и у каждого свои особенности, у каждого своя рука. Даже взять нас с мужем - у нас у игрушек разный характер. Лепим одну работу, а у меня получается более женственная, у него - погрубее, помужественней.

Главное, сберечь основу. К примеру, у меня на основе абашевской игрушки есть авторские работы, но продавая или выставляя их, я не говорю, что это традиционная игрушка. Она сделана на основе. К примеру, вот цикл «День Победы», «Всадник», «Барыня с солдатом» - это авторские работы. Но при этом в них сохранены все традиции. Я, к примеру, против была, когда пошло веяние в белый цвет игрушки красить и рисовать на них какие-то цветы. Это уже не абашевская игрушка, не традиционный пензенский промысел. Сохранять нужно то, что заложено. Изменений, конечно, не избежать, но основа должна остаться.

Читайте также: «Заметки с выставки: чем планируют привлекать в Сурский край туристов?».