- Дин, как подбирались работы для Вашей выставки, которая сейчас открыта в пензенском Губернаторском доме?

- Примерно год назад я почувствовала, что хочу опять выставляться – у меня было уже несколько персональных выставок, затем был перерыв, и вот опять возникло желание показать свои работы. Появилась задумка двух выставок: одна – более классическая, вторая – пикантно-фривольная, но, как видите, здесь работ второго направления не наблюдается, потому что само место не предполагает подобного.

Здесь по большей части представлены портреты - все меня знают как портретиста. Не уверена, можно ли назвать эти работы классическими, но они близки к этому. Здесь собраны портреты людей, которые меня вдохновляют.

- Начинали как портретист или с чего-то еще?

- Вообще начинала я как копиист - писала копии с картин великих мастеров. Это мне было нужно для того, чтобы поставить руку. Потом я занималась росписью всего на свете, рисовала вообще все. Можно нарисовать? Прекрасно, я нарисую. У меня есть портреты, пейзажи, интерьерные работы – в основном, абстрактные, фешн-иллюстрации и много чего еще.

- Всегда было интересно, что в голове у художника, когда он рисует абстракцию?

- Могу сказать только за себя. Обычно я заранее продумываю, что и как будет размещено на картине. То есть, это не вот подошел к холсту, а дальше как рука повела.

- На страничке в соцсетях Вы писали, что постоянно учитесь…

- Да, образование я получила в строяке (Пензенский институт архитектуры и строительства – прим. ред.) на кафедре «Дизайн костюма». Изначально я хотела учиться на отделении живописи в училище имени Савицкого, но родители меня туда не пустили, сказали, что нужно получить высшее образование. Но после вуза я продолжила заниматься своим образованием, учусь два раза в год на различных курсах. Я открыла в себе потрясающую любовь к телу человека, к голове. Я изучала анатомию - в рисунке и анатомию вообще. Училась создавать фешн-иллюстрации, прошлой весной освежала в памяти историю искусств и историю ювелирного дизайна. 

- Как появился такой псевдоним – «Дина Кот»?

- Я Кот уже много лет. Списываю это на любовь к котам, но так меня начали называть друзья - не потому, что я кошек люблю, а потому что считают, что я сама на кота похожа.

- Какой человек для вас красив? Чем может привлечь, к примеру, случайный прохожий?

- Человек красив пропорциями. Так вышло, что мозг определяет красоту как гармоничность пропорций. Также важна изюминка. Если на улице я подбегаю к человеку со словами «Можно Вас, пожалуйста, нарисовать?», то, скорее всего, я увидела что-то очень необычное – возможно, чувственные губы, характерные надбровные дуги, брови какие-то сумасшедшие. Обычно люди соглашаются стать моделью, что прекрасно. Вот история из последнего – «Клеопатра». Эту девушку я увидела на фитнесе. Мы вышли после тренировки из зала, там солнце, жара, солнце палит, мы все такие мокрые. Смотрю – возле кулера стоит девушка. Я подхожу: «Извините, пожалуйста, такое предложение – можно я Вас Клеопатрой нарисую?». Она согласилась, обменялись инстаграммами, я нарисовала портрет по фото, показала, она сказала, что ей понравилось. Эта работа сейчас представлена на выставке.

- Тяжело ли сейчас художнику выжить?

- Родители, вероятно, опасаясь, что тяжело, вообще меня хотели отдать на «Управление персоналом». Чтобы потом я в администрации села и отдавала приказания, чтобы у меня был стандартная рабочая неделя – пять дней, отпуск. Я понимала, что это вообще не мое. Я честно попыталась поработать с «правильным» графиком, у меня было место в офисе, я сидела вся такая деловая. У меня не получилось, меня хватило на три месяца. Сейчас у меня все прекрасно. Мне грех жаловаться. У меня клиенты - золотые люди. Мы притягиваем к себе людей определенного плана, и они все у меня прекрасные – и клиенты, и модели. Свои работы выкладываю в соцсетях, у меня очень много друзей и подписчиков, хотя я ничего для этого не делаю – просто рисую, а люди как-то друг по другу передают, рассказывают о моем творчестве, так появляются заказы.

- Что чувствуете, когда выставляетесь и люди вживую приходят посмотреть на картины?

- Это волнующе каждый раз, потому что я показываю то, что было внутри моей головы. Но отдача перекрывает все – бессонные ночи, то, что работы иногда не получаются, и я рву эти холсты… Люди подходят на выставке, говорят, как им все нравится, пишут в соцсетях. Я помню каждое сообщение, каждое слово, что мне сказали - они в моем сердце.

- Много порвано картин?

- Очень много. Те, что я показываю, - это счастливчики. Это то, что мне действительно нравится. Бывает так, что часть работы мне не нравится, бывает, что через некоторое время смотрю на картину, и она меня не впечатляет, и это, и то, что у меня осталось с прошлых выставок и не продано, скорее всего будет выкинуто. Тут один коллекционер хотел купить мою работу, а я категорически отказывалась: «Вы что вообще несете? Я войду в историю современного искусства вот с этим? Ни в коем случае». Мне проще было ее порвать, и я это сделала, чтобы ни у него не было соблазна, ни у меня. Меня спросили: «Дин, это не странно? Так можно вообще? Это законно?» (смеется).

- А что дальше будет с идеей о создании выставки картин, которые в Губернаторском доме неуместны?

- Хочу организовать ее через пару месяцев. Она будет более фривольная, как я уже говорила. К примеру, там у меня Харли Квинн облизывает Женщину-кошку. Наверное, я отхожу от портретов. Мне хочется заниматься сюжетными линиями. Плюс, скорее всего, на следующей выставке будут представлены пейзажи, натюрморты, результаты моих подвигов с пленэрами.