Второй день идет забастовка медработников ГБУЗ «Пензенская областная станция скорой медицинской помощи». Поскольку проходит она в «итальянском» формате, который практически не сказывается на работе медучреждения, руководство в лице главврача и региональное министерство здравоохранения пытаются ее не замечать. Это не вполне удается, иначе зачем пресс-службе пензенского Минздрава публиковать ежедневные отчеты о работе станции?

Вчера бастующих посетили две съемочные группы с федеральных телеканалов и власти глаза пришлось временно приоткрыть. К сотрудникам «скорой» даже вышел лучащийся любовью главврач Владимир Атякшев.

Однако не будем повторяться. Об этом портал «Пенза-Взгляд» уже писал. Обратим внимание лишь на те моменты, которые по разному выглядят с точки зрения рядовых работников «скорой» и чиновников от медицины.

Зарплата.

Сначала официальные данные. «За 4 месяца 2019 года размер средней заработной платы специалистов со средним медицинским образованием станции скорой медицинской помощи составил 29,4 тыс. рублей, врачей – 54,31 тысяч рублей», - заявляют в министерстве.

А вот что говорят те, кто эти деньги, согласно данным ведомства, получает: «Мы пытались донести через областной профсоюз, рассказать о наших проблемах. Нам разъяснили, что новая система оплаты труда была сделана для нашего же блага. За стаж, «колесные» и прочие наши надбавки убрали. Нас сравняли с теми работниками, которые только устроились на скорую. Проработал ты 20 лет или только пришел - разницы нет. Начисляются какие-то баллы, но они смешные. Фельдшер, который работает 10 лет, получает 10 баллов, а это 500 рублей», - поясняет суть реформы оплаты труда одна из женщин, работающая на скорой почти 20 лет.

Женщина проводит нехитрую калькуляцию: «14,5 тысячи у нас оклад, к нему плюсуют вредность - это 750 рублей, 1,5 тысячи — за высшую категорию и ночные - около 1800 рублей, минус подоходный налог и на руки получается в среднем меньше 20 тысяч».

Как оказалось, эти же доходы можно посчитать иными методами: «Ходили к депутатам и в облздрав, но получили официальный ответ, что лично я получила среднюю зарплату за три месяца — январь, февраль, март - 43 тысячи рублей, а в 2018-м году я получала 38 тысяч рублей, хотя на деле 23»

Попытки разобраться предпринимались неоднократно. «Мы общались, пытались не идти на крайние меры, но нам объяснили в нашем Минздраве, что дважды два - это пять. Сказали, что если вы что-то не понимаете, оставьте это профессионалам. Мы же не лезем вас лечить», - рассказала анастезист реанимационной бригады Элла Динявская.

Начмед «скорой помощи» Оксана Коробкова объяснила возмущение персонала следующим образом: «Ну вот так получилось. Все ждали повышения зарплаты, а смысл был в том, чтобы просто повысить окладную часть, а речь о повышении в реальном выражении и не шла. Нас ознакомили с новой системой оплаты труда, и оказалось, что особой прибавки там и не планировалось».

Кадровый вопрос

«У нас положено на область ежедневно 5-6 реанимационных бригад, но их никогда столько не бывает. В реальности для человека, который попал в беду, это лотерея — повезет - не повезет, спасут - не спасут, - говорят медработницы. - Случаи, когда на выезд едет недоукомплектованная бригада, происходят ежедневно. Я прихожу на работу и мне говорят - «ты сегодня работаешь без второго медработника». Иногда волонтеров к нам в помощь посылают. Но они только ящики носить могут».

При таком подходе есть громадный шанс упустить самое важное, самое главное для спасения жизни - те самые «золотые» два часа, когда человека с инфарктом, с инсультом или попавшего в серьезное ДТП еще можно спасти. 

Есть и еще один фактор. Люди на «скорой», по их словам, работают на износ. Для того чтобы получать зарплату, которая равна средней по области, то есть около 30 тысяч рублей, они вынуждены пахать на две ставки.

«Я отрабатываю две ставки, чтобы хоть как-то приблизиться к этим показателям. То есть на практике это означает, что в месяц я 15 суток провожу на работе. Прихожу домой и нужно какие-то еще дела сделать — уроки с детьми выучить, постирать, погладить, щи сварить и снова на работу. Спать некогда — всего семь часов на сон за двое суток. Сутки через сутки. Я в коме», - говорит одна из фельдшеров.

Работа на «скорой» - это работа «в поле» со всеми вытекающими отсюда последствиями: «Тем, кто нам такие зарплаты платит, хотя бы денек на «скорой» поработать. Потаскать все в одиночку с этажа на этаж, на криминальную обстановку посмотреть — наркоманы, пьяные, ВИЧ-инфицированные. Мы едем к людям, не зная диагноз, ежедневно рискуя заразиться. При этом принимаем решения, от которых зависит жизнь больного. На нас ответственность громадная».

Техника

Не меньше, чем персонал, изношен, по словам водителей «скорой помощи», автопарк станции. Они тоже участвуют в протестах. Пока пассивно. Но с 10 июля будут отказываться ехать по вызовам на каретах, которые по техническому состоянию не соответствуют нормативу. А такое, если верить им, не редкость. Вопрос, каков износ парка, вызывает бурную реакцию: «Ууууу! Процентов 90! Если любую из этих машин в приличный автосалон загнать, любой дилер скажет, что на такой машине ездить нельзя, на металлолом только».

Приведем еще несколько высказываний водителей по теме: «Министр отчитывается, что по городу работает 50 бригад. На самом деле их 20. Остальные едут в район. В районах работать некому, потому что не платят. В Ломове шоферы и фельдшеры на индюшачью фабрику ушли». И еще: «Я до сих пор на зимней резине езжу. Передние колеса у меня уже лысые. А задние еще держатся. Давали мне б/у шины, но я не взял, иначе новые до осени не дадут».

Промежуточный результат

По словам председателя первичной ячейки профсоюза медработников «Действие» Павла Кузнецова, акция уже принесла результаты, несмотря на то, что ее пытаются игнорировать.

«Один день забастовки — и уже к пациентам едет полностью укомплектованная бригада плюс добавилась еще одна реанимационная бригада в городе. Я считаю, это неплохой результат! - говорит он. - Правда есть вопрос, откуда они этих врачей взяли и где теперь дыра образовалась?»

Перед телекамерами главврач больницы пообещал выделить профсоюзу помещение для собраний и не препятствовать распространению информации о своей деятельности на территории учреждения здравоохранения.

Начмед Оксана Коробкова в беседе с журналистом портала «Пенза-Взгляд» сказала, что администрация готова пойти на переговоры с протестующими и решить часть вопросов в рабочем порядке.

«Единственный сложный вопрос - с заработной платой. У нас недостаточный уровень зарплаты и, скорее всего, руководство самостоятельно решить его не может. А остальные требования обсуждаемые, и мы их обязательно решим. Это элементарно делается на уровне организации», - заявила она.

Интересно, почему если все так просто, как говорит Оксана Коробкова, все это не было сделано до сих пор, и не произойдут ли благие изменения где-то в параллельном мире, а не в том, где обитают реальные медработники станции скорой помощи.