Дознаватель полиции, медсестра и детский тренер: кто такие пензенские зумеры?

Пока одни считают зумеров инфантильными и не готовыми к серьезной работе, три молодые девушки каждый день доказывают: возраст не определяет профессионализм.

«Ты еще слишком молодая, чтобы нести такую ответственность» — с этим расхожим мнением о молодых сотрудниках сталкиваются многие представители поколения Z (зумеры). Их нередко упрекают в нежелании работать, неуважении к руководству и привычке увольняться при первых трудностях. Но что, если в 20 лет человек уже допрашивает участников уголовного процесса, помогает стоматологу во время лечения или отвечает за результаты детей на тренировках?

Между законом и предубеждениями

Дознание — профессия, в которой молодость не освобождает от ответственности. За каждым уголовным делом стоят обстоятельства, требующие скрупулезного установления, документы, не терпящие неточностей, и процессуальные решения, исключающие формальный подход.

В отделе полиции № 5 УМВД России по городу Пензе 20-летний дознаватель Вероника Чуваева ежедневно сталкивается с задачами, где цена малейшей невнимательности может оказаться слишком высокой.

— Почему вы решили работать в полиции? Как родные отнеслись к вашему выбору?

— Меня всегда привлекала работа, где есть реальная ответственность и конкретный результат, — рассказывает Вероника Чуваева. — Я понимала, что профессия дознавателя требует внимательности, выдержки и умения быстро принимать решения. Когда пришло время определяться с будущим, решила связать жизнь со службой в правоохранительных органах. Близкие сначала сильно переживали, а сейчас во всем поддерживают и гордятся мной.

Там, где от сотрудника ждут абсолютной уверенности и хладнокровия, юный возраст порой ошибочно принимают за недостаток опыта или неспособность принимать решения. Однако профессионализм определяется не датой в паспорте. Высокая ответственность не требует от специалиста знания ответов на все вопросы с первого дня — она обязывает действовать в рамках полномочий, не допускать халатности и вовремя обращаться за поддержкой.

— Иногда человек видит перед собой молодую сотрудницу и заранее решает, что опыта у нее мало, — говорит Вероника. — В таких ситуациях я стараюсь не принимать предвзятость на свой счет. Разумеется, я могу чего-то не знать или ошибаться. В подобных случаях никогда не делаю вид, будто все знаю: обращаюсь за советом к старшим коллегам и перепроверяю информацию.

— Вспомните свое первое дело. С какими сложностями пришлось столкнуться?

— Я пришла работать в дознание, когда мне было 19 лет, — вспоминает Вероника Чуваева. — Мое первое дело было по части 1 статьи 314.1 УК РФ (уклонение от административного надзора). Было страшно допустить ошибку из-за большого количества бумаг, но старшие коллеги подсказали с чего начать, объяснили нюансы и помогли довести дело до конца, за что я им благодарна.

— А какое дежурство или дело оказалось самым сложным за время службы?

— Самый экстремальный выезд случился недавно: ночью загорелся жилой дом. Когда мы прибыли на место, расчеты МЧС еще продолжали тушение пожара. Мне предстояло выяснить у них предварительную причину возгорания, пообщаться с владельцами дома и осмотреть место происшествия. Работу осложняли продолжающийся пожар и большое количество людей, находившихся в сильном эмоциональном потрясении. Несмотря на собственное волнение, я сохранила самообладание и выполнила все необходимые процедуры.

Вероника только начинает путь в профессии, но уже четко усвоила: за теорией всегда стоит практика, а уверенность приходит через дисциплину, труд и готовность учиться у старших коллег.

Когда ошибка — не мелочь

В стоматологическом кабинете ответственность выглядит иначе. Здесь нет материалов уголовного дела, но есть пациент, который доверяет специалистам свое здоровье. 21-летняя Елизавета Лискина трудится медицинской сестрой хирургического кабинета отделения №6 Пензенской стоматологической поликлиники. Она готовит кабинет к приему, помогает доктору во время процедур, следит за санитарно-эпидемиологическим режимом и общается с пациентами.

— Я выступаю связующим звеном между врачом и пациентом, — поясняет Елизавета Лискина. — За смену через кабинет проходит порядка 70 человек: люди разного возраста, со своими тревогами и жалобами. Мне нужно объяснить им порядок заполнения информированного добровольного согласия и карты здоровья. Если у человека слабое зрение, сама помогаю внести данные. Кроме того, многие боятся визита к хирургу. В таких случаях стараюсь подробно рассказать, как пройдет вмешательство, поддержать и успокоить.

За внешне привычными действиями стоят концентрация, точность и соблюдение правил, от которых зависит безопасность пациента. В этой профессии нельзя считать рутинные задачи незначительными. Подготовка инструментов, контроль стерильности, соблюдение последовательности действий — необходимые элементы качественной медицинской помощи.

— Мой день начинается задолго до прихода первого пациента, — уточняет Елизавета. — Необходимо проверить исправность стоматологической установки, светильника, слюноотсоса и наконечников, заправить дистиллированную воду в спрей-систему, проконтролировать запас стерильных наборов, расходников и средств индивидуальной защиты. Параллельно готовлю документацию: амбулаторные карты и бланки согласий.

Пример Елизаветы разбивает стереотип о том, что молодежь не способна к жесткому самоконтролю. В медицине дисциплина не зависит от возраста: она подтверждается конкретными действиями. Даже небольшая ошибка может иметь серьезные последствия, поэтому работа строится на стандартах, обучении, взаимодействии с коллегами и пациентами.

— Расскажите о моменте, когда вы особенно остро почувствовали груз профессиональной ответственности.

— Это произошло во время удаления новообразования в полости рта с направлением материала на гистологическое исследование, — рассказывает Елизавета. — Помню, как перед началом процедуры я подготовила кабинет, а потом, когда врач приступил к удалению образования, я подавала ему инструменты, обеспечивала необходимую видимость операционного поля и следила за состоянием пациента. Мне нужно было не просто выполнять просьбы врача, а понимать последовательность его действий и заранее готовиться к следующему этапу. Несмотря на волнение, я сохраняла спокойствие, ведь от слаженности совместной работы зависело качество операции.

Медсестра признается, что некоторые пациенты обращают внимание на ее юный возраст, из-за чего могут с осторожностью относится к ее действиям.

— Поначалу такая реакция задевала: хотелось, чтобы тебе доверяли сразу, — признается Елизавета Лискина. — Но со временем пришло понимание: каждый человек волнуется за себя и имеет полное право сомневаться или задавать вопросы. Главное — добросовестно делать свое дело, непрерывно учиться и помнить, что перед тобой пациент, доверивший тебе самое дорогое — свое здоровье.

От страха перед водой — к первым стартам

Ответственность за благополучие людей лежит не только на врачах и сотрудниках правоохранительных органах. В работе детского тренера по плаванию она присутствует ежеминутно: нужно следить за безопасностью на воде, мгновенно считывать внештатные ситуации и поддерживать интерес к занятиям у юных спортсменов.

21-летняя Валерия Растяпина тренирует пловцов во дворце спорта «Буртасы». В профессию она пришла в 19 лет, сразу после завершения личной спортивной карьеры. Сегодня ее цель — не просто научить детей плавать, но и помочь им стать смелее, увереннее в себе и научиться лучше чувствовать свое тело.

— Что оказалось самым трудным на старте тренерской работы?

— Принимать быстрые решения во время тренировки, — отмечает Валерия Растяпина. — Внештатная ситуация может возникнуть в любой момент. Дети есть дети: они отвлекаются, устают, капризничают, ссорятся или расстраиваются, если упражнение не получается. Наставник обязан быстро оценить обстановку и на ходу перестроить план занятия.

При этом, по словам тренера, ее возраст никогда не вызывал сомнений со стороны воспитанников и их родителей. Однако доверительные отношения не возникают сами собой: они требуют внимания к каждому ребенку, умения слушать и готовности объяснять свои требования.

— С детьми найти общий язык достаточно легко. Они приходят на тренировку с желанием научиться, а я — с желанием научить. При этом важно слушать каждого ребенка, интересоваться его делами. Тогда ему проще прислушиваться к моим требованиям и выполнять задания, — говорит Валерия.

С родителями общий язык найти бывает труднее, но дело вовсе не в конфликтности: часто семья и тренер по-разному видят цели. Родители нередко требуют медалей, тогда как специалист в первую очередь заботится о гармоничном физическом развитии, укреплении здоровья и поэтапной постановке техники. Чтобы снять недопонимание, Валерия регулярно организует открытые тренировки: мамы и папы видят процесс изнутри, понимают задачи текущего цикла и осознают, почему для хорошего результата нужно время.

Показательным случаем для Валерии стала работа с двумя 12-летними сестрами, которые боялись воды и совершенно не умели плавать.

— Первый месяц мы буквально не отходили от бортика со спасательным кольцом в руках, — вспоминает тренер. — Случались и моменты отчаяния, когда казалось, что мы топчемся на месте. Пришлось кардинально пересмотреть подход, и буквально за две-три тренировки девочки смогли поплыть самостоятельно. Через полгода они уже уверенно держались на воде и даже выступили на соревнованиях, показав хорошие результаты.

Этот опыт стал для тренера подтверждением того, насколько важно учитывать индивидуальные особенности детей и не отказываться от цели, если результат не приходит сразу. Иногда для продвижения вперед недостаточно повторять привычные действия — необходимо пересмотреть подход, попробовать другие методы и дать воспитанникам время.

— Молодость в такой работе не становится ни преимуществом, ни препятствием, — резюмирует Валерия Растяпина. — Гораздо важнее готовность учиться, совершенствовать профессиональные навыки, прислушиваться к более опытным коллегам и брать на себя ответственность за результат.

Не исключение, а повод задуматься

Истории трех девушек объединяет не только возраст. Каждая из них работает в сфере, где недостаточно просто присутствовать на рабочем месте. При этом было бы ошибкой утверждать, что это доказывает ответственность всех зумеров. Истории показывают другое: возраст сам по себе не позволяет достоверно оценить профессиональные качества человека. Один сотрудник может быть дисциплинированным и инициативным в 21 год, другой — приобретать эти качества постепенно.

Возможно, главный вопрос заключается не в том, готовы ли молодые люди к ответственности, а в том, готовы ли окружающие оценивать их по реальным поступкам, а не по стереотипам?