Свидетели былой эпохи: каков потенциал усадебного туризма в Пензенской области

В XVIII–XIX веках Пензенская губерния была крупным дворянским краем. Здесь находились десятки имений, принадлежавших известным родам. Сегодня одни усадьбы превратились в музеи, от других остались только руины, третьи постепенно обретают новую жизнь.

Несмотря на утраты, интерес к ним не исчез. Туристы самостоятельно прокладывают маршруты, фотографируют заброшенные дворцы и включают старинные имения в программы водных походов. Разбираемся, что нужно, чтобы этот интерес стал основой для развития усадебного туризма.

От дворцов до семейных гнезд

До наших дней в разном состоянии сохранилось несколько десятков усадебных комплексов и их фрагментов. В Единый государственный реестр объектов культурного наследия включены 17 пензенских усадеб и усадебных комплексов. Три имеют федеральное значение, еще 14 — региональное.

«Пензенские усадьбы различались по масштабу — от парадного дворца до камерного семейного гнезда. Особенно хорошо этот контраст заметен на примере Зубриловки и усадьбы Радищевых», — объясняет ученый секретарь Объединения государственных литературно-мемориальных музеев Пензенской области Сергей Никушкин.

Усадьба Голицыных-Прозоровских в Зубрилове создавалась как самостоятельный ансамбль. Дворец, храм, парк и хозяйственные постройки образовывали практически «малый город», в котором соединялись представительская резиденция, большое хозяйство и элементы социальной инфраструктуры.

Совсем иначе выглядела усадьба Радищевых. Небольшой дом, сад и хозяйственные дворы создавали более скромное, семейное пространство. На первый план здесь выходили не роскошь и парадность, а повседневная жизнь владельцев.

«В России издревле обживали не столько сам дом, сколько просторный двор — сердце усадьбы. До середины XVIII века жилище дворянина не всегда было выставкой роскоши. Чаще его устраивали для себя и своей семьи, продумывая быт до мелочей», — отмечает Никушкин.

Такое разнообразие особенно ценно для туристов: крупные ансамбли впечатляют размахом, а небольшие имения позволяют увидеть бытовую сторону истории.

Прикосновение к прошлому

Самым известным примером усадебного туризма в Пензенской области остаются «Тарханы». Образцово восстановленное имение стало крупным музейным и культурным центром, посещаемым поклонниками творчества Михаила Лермонтова со всего мира.

Однако привлекать гостей могут и небольшие семейные имения. Так, в усадьбе Радищевых, о камерном укладе которой говорил Сергей Никушкин, сегодня работает Государственный музей Александра Радищева.

«Наш музей — единственный в стране государственный музей Александра Радищева. Особую ценность представляет храм Преображения Господня с уникальной фресковой живописью 1750–1760-х годов. Это единственная подобная роспись в Пензенской области, редкая она и в масштабах всей России», — рассказывает заведующая музеем Ольга Немова.

Храм входит в музейный комплекс и остается действующим: богослужения проходят по выходным и в дни больших церковных праздников. В барском доме, восстановленном в 1990–1993 годах, организуют временные выставки, литературные вечера, фольклорные программы.

Новым пространством усадьбы стал просветительский центр с действующей репликой печатного станка XVIII века. Посетители могут самостоятельно отпечатать первую страницу «Путешествия из Петербурга в Москву».

Гостям музея также предлагают классические и театрализованные экскурсии, литературные вечера-портреты и мастер-классы. На занятии «Ароматы эпохи» участники могут создать собственную ароматическую композицию. Зимой в барском доме устраивают рождественскую елку и новогодние представления.

Опыт музея Радищева показывает, что туристу необязательно предлагать огромный дворцовый комплекс. Иногда больший отклик вызывает возможность прикоснуться к истории: узнать о судьбе хозяев дома, войти в старинный храм, самостоятельно отпечатать страницу знаменитой книги.

Маршрут по Хопру

Путешественников привлекают не только восстановленные объекты, но и обветшавшие усадьбы. Одна из них — Зубриловка в Тамалинском районе. Некогда величественный ансамбль сильно пострадал в XX веке и продолжает разрушаться, однако по-прежнему впечатляет своими масштабами.

«Я обратил внимание, что в местном магазине довольно широкий ассортимент товаров, хотя в селе осталось совсем немного жителей. Хозяйка объяснила: каждый день приходят туристы-сплавщики, маршрут которых проходит по Хопру. Они останавливаются, чтобы увидеть масштабные руины усадьбы. И это при том, что доступ на ее территорию сейчас ограничен. То есть маршрут уже сформирован», — рассказывает Сергей Никушкин.

Примером постепенного развития территории стала усадьба Надеждино в селе Куракино. С 2018 года здесь благоустраивают парк: появились дорожки, беседки, набережная и гостевой домик, в котором путешественники могут отдохнуть и выпить чаю. При этом работы непосредственно в здании дворца пока не начались.

«Люди уже приезжают сюда гулять, фотографироваться и знакомиться с историей. Территория постепенно становится туристической точкой, хотя сам дворец остается разрушенным», — говорит руководитель проекта «По следам забытых усадеб» Максим Костюшин.

Любительница путешествий Ирина Милюкова побывала в Надеждине в декабре 2025 года.

«Сильно разрушенную усадьбу могу назвать магическим и тихим местом. Вечером здесь почти нет туристов, поэтому можно побыть наедине с природой и историей. Руины оставляют сильное, но меланхоличное впечатление из-за контраста с былой роскошью», — рассказывает она.

За фасадом – человеческие судьбы

Интерес к усадебному туризму не ограничивается архитектурой. За каждым домом стоят судьбы владельцев, их семей и людей, которые здесь жили и работали.

«Тарханы» невозможно отделить от ранней смерти матери Лермонтова, разлуки поэта с отцом и его собственной гибели на дуэли. Надеждино хранит память об Александре Куракине, удаленном от императорского двора и назвавшем свое имение в надежде на возвращение. Радищево связано с писателем, которого за книгу приговорили к смертной казни, позднее замененной ссылкой. Зубриловку запечатлел художник Виктор Борисов-Мусатов, увидевший в ней образ уходящего дворянского мира.

«Через усадьбы возникает связь современного человека с историей. Они рассказывают не об абстрактных датах, а о конкретных семьях, династиях и человеческих судьбах. Старые деревья, парки, пруды и виды на поля вызывают эмоциональный отклик даже у тех, кто раньше почти не интересовался историей», — говорит Сергей Никушкин.

Человеческая история может стать основой маршрута даже там, где от архитектурного ансамбля сохранились лишь отдельные фрагменты.

От блога к волонтерству

Для некоторых путешественников знакомство с усадьбами становится началом собственного участия в их судьбе. Так произошло с Максимом Костюшиным и его единомышленниками: прежде чем организовывать волонтерские акции и разрабатывать маршруты, они просто ездили по интересным местам и делились впечатлениями. Из этих поездок в 2017 году вырос уже упомянутый проект «По следам забытых усадеб».

«Мы путешествовали по туристическим объектам и рассказывали об увиденном — по сути, вели небольшой блог. Но однажды приехали в усадьбу, увидели мусор и заросшую территорию и задумались, что же мы можем сделать своими силами», — вспоминает Костюшин.

Первую крупную волонтерскую акцию команда провела в сентябре 2017 года в усадьбе Воейкова. На расчистку территории приехали более ста человек, преимущественно молодежь. Позднее волонтеры работали в Зубрилове: убирали мусор, освобождали территорию от зарослей.

Со временем у проекта появились четыре направления: волонтерское, просветительское, творческое и туристическое. Помимо акций по благоустройству, команда начала разрабатывать пешие, автобусные и водные маршруты, в том числе для самостоятельных путешественников.

Однако опыт волонтеров показал, что разовых выездов для этого недостаточно.

«Если у объекта нет хозяина, он снова начинает зарастать и разрушаться. Мы проделали большую работу, но через несколько лет фронт работ опять стал огромным. Здесь нужна системность: кто-то должен регулярно следить за территорией», — подчеркивает Максим Костюшин.

Общественная инициатива помогает вернуть усадьбы в поле внимания, но не заменяет постоянного ухода и профессионального восстановления. От того, удастся ли наладить эту работу, зависит и будущее туристических маршрутов.

Шаги к восстановлению

Как сообщили в Министерстве по охране памятников истории и культуры Пензенской области в ответе на редакционный запрос «Пенза-Взгляд», восемь усадеб признаны находящимися в неудовлетворительном состоянии. Доступ к пяти объектам приостановлен по результатам технической оценки. Правообладатели выполнили консервацию «Барского дома» в Надеждине и главного усадебного дома в селе Загоскино.

Один из вариантов спасения памятников — передача их инвесторам. В регионе действует механизм льготной аренды: объект культурного наследия, находящийся в неудовлетворительном состоянии, можно получить на 49 лет с арендной платой один рубль. Новый пользователь при этом принимает на себя обязательства по восстановлению и содержанию памятника.

Финансирование планируют привлекать для восстановления нескольких объектов, среди которых Зубриловка, усадьба Воейкова в Каменке, усадьба купца Макарова в Бекове и главный дом помещичьей усадьбы в селе Анненково. Кроме того, готовится документация для сохранения усадьбы купца Ивана Мартышкина в Пензе и планируются работы в бывшем имении Рихтер в Старой Потловке.

Сохранить эти места — значит дать им шанс быть частью не только прошлого, но и настоящего, стать жемчужинами на туристической карте Пензенской области.