Портал «Пенза-Взгляд» продолжает следить за развитием истории со спором вокруг имущества на улице Чаадаева, 135а. Хотя решением суда оно уже разделено в натуре, то есть обе стороны конфликта (первая – несовершеннолетние дети основателя кондитерского производства Виталия Зимова, вторая – предприниматель Сергей Рычагов) знают границы своей собственности, конфликт продолжается.  Каждая из сторон имеет свою точку зрения на возможность доступа и состояние спорной недвижимости, так, о позиции Сергея Рычагова читайте в наших статьях здесь и здесь. Теперь мы узнали видение ситуации представителем несовершеннолетних детей-собственников недвижимости Михаилом Бакановым, который недавно побывал на Чаадаева, 135а.

- Как давно Вы защищаете интересы детей Виталия Зимова и какое положение на территории, которая им принадлежит, сейчас? Сергей Рычагов утверждает, что все его действия законны и не нарушают чужих интересов. Так ли это?

- Я занялся этим делом в 2017 году, и за это время проводились неоднократные судебные экспертизы и проводились осмотры территории, поэтому данный вопрос я знаю не понаслышке. Последний раз на место мы выезжали в феврале этого года.
Доступ к недвижимости несовершеннолетних остается очень непростым. Поскольку входа попросту не существует, а имеющийся доступ, то есть те ворота, через которые мы попали на территорию, доступны только зимой, в распутицу к ним даже подойти невозможно. А проехать нельзя в любое время года.

Вход с улицы Чаадаева, через проходную «Русского кондитера», фактически заблокирован Рычаговым, и это несмотря на то, что с его стороны происходит безвозмездное и незаконное пользование территорией, на которой расположена собственность детей. Территория захламлена бытовым мусором и металлоломом, в некоторых местах все перекопано, идут земляные работы, некоторые площади используются для складирования, в других оборудованы офисные помещения. Я так понимаю, что до последнего времени Рычагов чувствовал себя единственным хозяином территории и не обращал внимания на такие «мелочи». Но сейчас ситуация меняется, и, надеюсь, он осознает, что все нужно приводить в надлежащее состояние.

 - Хочется верить, что так и будет. Но, насколько нам известно, детям принадлежит еще и часть имущества на территории предприятия. В каком состоянии оно находится и возникли ли вопросы по этому поводу в ходе Вашего визита?

 - Перекрыт доступ на второй этаж одного из зданий, который полностью принадлежит несовершеннолетним. Вольно распоряжается предприниматель Рычагов и с объектами инфраструктуры, которые ему либо не принадлежат, либо принадлежат лишь частично. Так, трансформаторная подстанция до прошлого года была полностью работоспособна, но за это время он вынес оттуда все оборудование, не имея на это никаких прав, так как по решению суда она была в совместном пользовании. Теперь от нее остался лишь остов, рядом с которым складирована куча металлолома.

Скважина для забора воды также расположена на участке несовершеннолетних. И, если кто-то, я имею в виду законных представителей детей или лиц, которые пожелают приобрести территорию, находящуюся в собственности детей, захочет организовать свое производство, то может опять возникнуть конфликтная ситуация. Рычагов везде указывает, что это его скважина и пытается установить сервитут для беспрепятственного доступа к ней. Но ряд моментов вызывает определенные вопросы к нему, а также административным и надзорным органам, которые разрешили строительство этой скважины и выдали ему соответствующее разрешение.

Аналогичная ситуация с построенной им на территории, которая сейчас является собственностью детей, системой канализирования и наличием здесь объекта повышенной опасности, каким является цистерна с неопределенными веществами внутри.

- Знаю, что Вы привлекали внимание представителей органов опеки к данной теме. Предпринимались ли после выезда какие-либо действия с их стороны для обеспечения прав детей и решения возникших разногласий? Есть ли нормы закона, которые регламентируют их участие в этом процессе?

- Практически никаких действий со стороны органов опеки для того, чтобы защитить права несовершеннолетних собственников, кроме участия в одном из судебных заседаний, не предпринималось. Мы специально пригласили их представителей для осмотра территории в начале февраля, где они могли увидеть те нарушения прав детей, о которых я говорил. Однако никакой информации по этому поводу с их стороны на данный момент не было. Что касается действующего законодательства, то статья №48 Федерального Закона недвусмысленно гласит, что основной задачей органов опеки является защита граждан, находящихся под опекой и попечительством, и оказание помощи попечителям в защите законных прав подопечных.

В нашем же случае органы опеки фактически самоустранились от этого дела, хотя на звонки отвечают и говорят, что ситуация находится полностью под их контролем. Я не готов утверждать, но если в результате их бездействия интересам несовершеннолетних был или будет нанесен вред, то, наверное, судебные, либо надзорные органы должны будут дать оценку их действиям и определить меру ответственности в случае подтверждения факта ненадлежащего исполнения возложенных на них обязанностей.

- Какими будут Ваши дальнейшие действия в интересах несовершеннолетних?

 - В ближайшее время мы будем оспаривать прошение Рычагова об установлении сервитута к скважине, находящейся на территории несовершеннолетних собственников, тем более есть большие вопросы по легитимности этого объекта. Оспорим нахождение коммуникаций «Русского кондитера». Будем работать над тем, чтобы законным собственникам был обеспечен свободный въезд на территорию и доступ ко всем объектам, находящимся в собственности, чтобы ее можно было использовать в коммерческих целях, а также будем продолжать требовать компенсации за незаконное и безвозмездное использование в течение последних лет имущества несовершеннолетних. Кроме того, кто-то, вероятно, что и сам Рычагов, скупает или хочет скупить землю вокруг предприятия, в том числе со стороны въезда на территорию, принадлежащую несовершеннолетним. Зная его позицию в целом и учитывая, как он поступил с въездом на объект с улицы Чаадаева (кстати, тоже вопрос, каким образом им была оформлена земля), этот вопрос имеет для нас принципиальное значение, и мы, естественно, не оставим его без внимания. При чем делается это каким- то сомнительным способом, с помощью деления муниципальной земли на несколько участков. Могу предположить, что это может дать ему возможность уйти от торгов и получить землю в аренду по минимальной стоимости. Если это так, то это задача правоохранительных органов дать оценку действиям участников сделки, в том числе представителей муниципалитета.

Портал «Пенза-Взгляд» продолжает следить за развитием этой истории.